Алексей Денисов:

«Владимир Ильич залез на чужой постамент. Изначально на нем находился многофигурный памятник 300-летию дома Романовыx, в нём не было центральной части, не считая обелиска. А памятник вождю, уродливый по своим пропорциям,взгромоздился на этот постамент, как Кинг-Конг на небоскрёб. С точки зрения туризма, этот курьезный момент – соседство кремлёвского ансамбля и памятника вождю – возможно, будет даже привлекать внимание гостей города. Хотя, с точки зрения-гармонии пространства, этот памятник здесь чужероден. «


Выпуск №11
Тема: Преобразование пространства

Фото: Андрей Шолыганов
Текст: Дмитрий Ремезов

архимандрит Серафим (Фирстов):

«Красота созидающая и разрушающая»

Смирение – это высшая форма творчества. Происходит изменение человеческого существа, из сосуда греха в сосуд святости. Немощное становится сильным. Яркий пример тому – святитель Тихон Задонский. Удивительно талантливый человек. Его любила и уважала Екатерина II. Ввиду неблагоприятных условий его жизни, он был человеком с совершенно расстроенными нервами, психически очень возбудимый, физически нездоровый. Но в Русской Церкви он явил себя великим смиренным человеком. Вот это – настоящее чудо, творчество, явленное в соработничестве Бога и человека!

Читайте продолжение…
Выпуск №11
Тема: Преобразование пространства

Фото: Андрей Шолыганов
Текст: иерей Николай Попов

Михаил Акопян:




«Обычно икону понимают, как изображение религиозного на доске. Икону можно и нужно понимать шире. Икона – это вообще всё, что нас окружает, всё в чём отражается Бог, Его образ, Пра-икона. Иконологическое пространство возникает из таинственного внутритроичного пространства, где Три Ипостаси образуют между собой какое-то таинственное непостижимое соединение. Это и есть самое первое пространство. Это совершенно закрытая для нас область, божественный мрак.»

Читайте продолжение…
Выпуск №11
Тема: Преобразование пространства

Фото: Андрей Шолыганов
Текст: Дмитрий Ремезов/ Александр Зленко

Борис Акимов:

«А когда мы в район приехали, местные нам сказали, что ничего у них своего нет. Но мы даже местную кухню создали – усть-лабинскую. В ресторане не верили, что свои местные блюда будут пользоваться спросом. Говорили, что все хотят есть суши и шашлыки. А когда местные жители сели за стол – удивились. Вспомнили забытые вкусы: так, говорят, готовила моя бабушка, тётя. Местные, к примеру, толстолобика на зиму маринуют, делают из него консервы. Но они не считают это чем-то особенным. Или – пирог с сухофруктами, тоже здешняя находка. Мы просто все эти рецепты слегка усовершенствовали. Сейчас все они в меню ресторана. Для нас важно, чтобы блюда были из местных продуктов, а эти продукты производились на местной земле.»

Читайте продолжение…
Выпуск №10
Тема: Жизнь оффлайн

Фото: Андрей Шолыганов
Текст: Карина Саввина

«Господь народ у нас собирает»

Сейчас в Давыдово на постоянной основе живут 10 семей, и еще одна семья на временном пребывании. Мы ввели такую тактику «мягких шагов»: сначала предлагаем год пожить рядом с нами. Потому что одно дело — в гости приехать, погостить, и совсем другое — поживи бок о бок с человеком, не только летом, когда мухи не кусают и помидоров полно, а зимой, когда и холодно, и сыро, и грязно, и слякотно. Если такая жизнь не нравится, где-то что-то «жмет» или есть некие иллюзии — здесь просто не уживешься. Так и образуется община. День за днем, год за годом.

Читайте продолжение…
Выпуск №10
Тема номера: «Жизнь оффлайн»

Фото: Анастасия Кириенко
Текст: Антон и Мария Поспеловы

«Нас воспринимали как несчастных несостоявшихся людей, потерпевших жизненное фиаско»

В то время, а это был 1990 год, как, впрочем, и сейчас, все стремились в большие города, поэтому восприняли наш поступок не иначе, как помешательство. Хотя осознавать я начал это несколько позже, когда одна подвыпившая жительница села раскрыла мне глаза. Она решила узнать у меня, как ей закодироваться, и когда я ответил ей, что не имею представления, очень удивилась и сказала, что все жители села считают меня бывшим пьяницей, который закодировался и уехал по этой причине из столицы. Нас воспринимали как несчастных несостоявшихся людей, потерпевших жизненное фиаско. А было всё как раз наоборот. На последнем месте работы я был редактором отдела публицистики журнала «Москва». Это был самый крупный журнал в то время, выходивший тиражом 700 тысяч экземпляров. Журнал «Москва», я бы сказал, один из самых «интеллигентных» журналов. Наш отдел тогда как раз публиковал «Историю государства российского», соответственно круг общения состоял из писателей славянофильского почвеннического направления: Михаил Алексеев, Василий Иванович Белов, Распутин, Владимир Крупин, Леонид Бородин… У меня до сих пор продолжается дружба с удивительной русской певицей Татьяной Петровой, Татьяна Синицына, как и многие другие, уже преставилась. Также похоронили Ганичева – председателя Союза писателей. Частенько мы собирались у меня дома. Вместе со многими из них я принимал участие в известных кампаниях того времени: против переброса рек, в антиалкогольной кампании.

Фото: Андрей Шолыганов
Текст: Дмитрий Ремезов